Больше не Принцесса

Больше не Принцесса

С детства ей говорили, что она Принцесса. А Принцессы — воздушные создания, они получают, все что ни попросят, все восхищаются их красотой и их платьями, принцессам разрешено капризничать, вредничать и ничего им за это не будет, и само собой, за принцессой всегда тянется шлейф разбитых сердец. Принцесса делала все возможное и невозможное, чтобы соответствовать принцесскиному статусу.

 

Она была жуткой капризулей и от ее постоянных фокусов выгребали и папаша король, и все ее учителя, воспитатели, подружки вынуждены были каждый раз срываться на фальшивые аплодисменты в честь «подруги», а несчастных воздыхателей у Принцессы всегда был вагон и маленькая тележка, начиная с Оловянного Солдатика до Синей Бороды, который пронюхал, что она иногда тайком пропадает в подземелье у Палача. Но это все были слухи, а все грязные выдумки отваливались от Принцессы уже на вторые сутки после очередной сплетни, потому что появлялась следующая.

Однако, Принцесса действительно иногда приходила к Палачу за «помощью». Внутри она не была ни капризулей, ни законодательницей мод, ни тем более, разбивательницей сердец. Ну не могла она полюбить Оловянного Солдатика, не могла! Хотя он бы очень положительным персонажем и очень верным парнем, ее сердце было свободным. Возможно, она бы обратила внимание на Синюю Бороду, но он был возраста ее отца и, честного говоря, синюю бороду Синей Бороды Принцесса считала таким подвыпертом, что не знала, что и думать о таком моднике.

Сбросить напряжение ей помогал Палач. Он единственный мог отшлепать Принцессу по ее крутым ягодицам, без малейшего сожаления и даже без намека на восторг. Палач просто любил свою работу, а бить — входило в зону его компетенции.

Занималась ли Принцесса добрыми делами — никто не мог сказать наверняка. Все ее «добрые дела» были на камеру, по протоколу. Принцесса же считала, что добрые дела должны быть от души, а не по расписанию и поэтому она не афишировала, то, что по-настоящему заботило ее и чем она занимается в свободное время.

Шут единственный, кто знал Принцессу, как облупленную. Пожалуй, она даже чуточку была влюблена в него, но и опасалась, так как никогда не знала, что у него на уме. Возможно, это была не влюбленность, а все же восхищение, ей самой было сложно разобраться в своих чувствах, но ему она могла доверить свои тайны, хотя любой нормальный покрутил бы пальцем у виска — как с таким связываться?!

Конечно, только с Шутом Принцесса могла выплакать свои глаза, когда папенька удумал выдать ее замуж за Прекрасного Принца. Душа Принцессы всегда тянулась к чему-то сложному, многослойному, и люди ей нравились не простые, а Принц был Прекрасен и точка. Это убивало в ней любые чувства. Лучше уж Синяя Борода, пусть и со своей хипстерской бородой! Принцесса абсолютно не любила и не понимала бриллианты, а Принц ей казался бриллиантом. У Принцессы был любимый камень — куриный бог, она нашла его на берегу моря и носила на запястье, продев через отверстие кожаный жгутик. Никто не знал, куда девались бриллианты, подаренные ей родителями и богатыми поклонниками, зато куриный бог был всегда на ее руке. Никто не мог понять, что это за камень и откуда он, сплетники списывали на тайного любовника.

Возможно, Принцесса надеялась, что Шут решится и поможет ей сбежать, возможно, он раскроется ей в ответ, но вместо этого в день венчания, ее унес в свой замок Дракон. Принцесса опомниться не успела, как уже была в его драконьичих хоромах. Он тут же провел экскурсию, окончив ее в кухне, где ей предстояло готовить ему ужины.

— В будущем я планирую, сделать тебя по-настоящему своей, — объявил Дракон в конце путешествия по замку.

— Не офигел ли ты? — бесстрашно уточнила Принцесса. — Ты — Дракон и твоя пара Дракониха!

— Что ж ты от Принца шарахалась? Ты Принцесса, он — Принц, вот и делали бы принцессят, — пошутил Дракон.

— Он не мой принц. Его принцесса ждет где-то на другом конце земли. — Зато Принцесса была совершенно серьезна.

— А ты знаешь, как рождаются драконы? — спросил Дракон, вытягивая ноги у камина и кивая Принцессе на мягкий пуфик поблизости.

— Из яиц вылупляются. В «Игре престолов» показывали, — отмахнулась Принцесса.

Дракон только пыхнул огоньком и, посмеиваясь, пошевелил угли в камине.

— Ну-ну, — вот и все, что он сказал.

Так потянулись дни за днями. Принцесса все больше узнавала Дракона, узнавала его грани и особенности и однажды он даже сбросил свою броню, показав ей себя настоящего. А поскольку Дракон был Великолепен, то Принцесса не устояла. Все же, она была женщиной, а женщина нуждается в настоящем мужчине. С Драконом ей не надо было выкаблучиваться и капризничать, она больше не носила модные платья, и ей не надо было на камеру перерезать ленточку нового ночного клуба.

А потом случилась их близость. Она что-то готовила на кухне, Дракон подошел сзади и оставил дорожку из поцелуев на ее плече и шее, поднялся к ушку и легко его прикусил, приглашая к большему. О, да! Принцесса не стала ломаться. Наверное, их страсть слишком долго ждала и все случилось прямо здесь, среди кастрюль и сковородок, в наполненном ароматами еды пространстве. Они любили друг друга со всем пылом, присущим только Дракону и его... Драконихе. Но она же Принцесса!

Однако, каждый день, а тем более, каждую ночь, Принцесса все больше сомневалась, что прежний статус принадлежит ей по праву. Она открыла в себе таланты прирожденного кулинара, испытывала восторг от возни на грядках с травами и зеленухой, теперь могла беспрепятственно уделять внимание доберманам Дракона, а не бишону-фризе, хотя это милейшая порода, но все же не ее. А еще Принцесса согласилась на все, что дарил ей по ночам Дракон и она зажигалась от его настойчивой нежности. Да, Дракон был нежным. Тогда, когда не был требовательным.

Однажды, ранним зимним утром, когда Дракон улетел по своим делам, Принцесса лениво потянулась, отбросив в сторону простынь и тут увидела на своей руке переливающуюся чешуйку. Быстро вскочив с постели, она подбежала к зеркалу и ахнула. То тут, то там по всей коже у Принцессы появились неповторимые по красоте чешуйки — точь-в-точь как у ее Дракона.

Она испугалась. Накинула на плечи халатик и побежала в библиотеку — искать ответ в старинных книгах. Откуда чешуя на ее нежной, кремового цвета коже?!

К тому времени, как вернулся Дракон, Принцесса изучила все самые старые книги в библиотеке, но ее беспомощный взгляд был лучшим признанием, что объяснения она не нашла. Дракон все понял и обнял свою крошку.

— Испугалась?

Она кивнула.

— Не нравится?

Она отрицательно замотала головой.

— Ты же снимаешь свою броню... Просто, я не понимаю, — Принцесса растеряно посмотрела в лицо Дракону.

Он провел пальцами по ее плечам и невидимый покров пал, переливаясь красивыми оттенками чешуи, еще мгновение назад украшавшей ее тело.

— Это теперь твоя вторая кожа, милая, — улыбнулся Дракон уголками губ. — Никто не видел, как рождается дракон. А им становятся именно так. Драконью броню получают исключительно настоящие драконы. Значит ты...

— Дракониха, — закончила мысль.... Больше не Принцесса, а Дракониха.

Вишенка на торте: не страшно обнаружить в себе дракона, страшно не знать, что с этим делать.